Читаем!

Современные площадки по чтению и продаже книг дают возможность ознакомиться с новинкой до её выхода на бумаге, в процессе создания. Попробую и я это сделать - ознакомить читателя с новым романом, который ещё пишется. Называется роман "Призраки Каллисто". Это старая добрая космическая фантастика ближнего прицела. Кому интересно - добро пожаловать. Первые пять глав бесплатно. Обложка самодельная, не взыщите, будет другая, когда книга выйдет на бумаге: https://author.today/work/67306/edit/content

Книга сына!

Сын вышел на трудную литературную дорогу. Горжусь и рекомендую. Вещь получилась достойная.
https://litmarket.ru/sergey-evtushenko-p1997?fbclid=IwAR1hgIGpFt10Jz4iPT05HS_Z9wI2Nfs1srM3DkVP9goPuuQZy768TchGrmI
К слову, неплохой новый книжный ресурс. Там и мои книги есть. Пока не все, но скоро будут все.

Лицо нации

Лицо нации
Вторая половина девяностых, город Ростов-на-Дону. Несколько лет, как развалилась великая страна, и теперь каждый выживает на её обломках сам по себе. Я рисую карикатуры на злободневные темы, множу их на ксероксе и рассылаю по всем доступным газетам. Начиная от центральных и заканчивая самыми отдалёнными. От Калининграда до Южно-Сахалинска. На карикатуры – мода. Их публикуют «Известия», «Литературная газета», «Советская Россия», «Труд», десятки других газет. В ответ шлют по почте гонорары. Поэтому я хожу на почту каждый день, меня там хорошо знают и знают, за что я получаю деньги.
Как-то на несколько дней у меня зависает гениальный поэт, бард и мой хороший друг Геннадий Жуков. Мы пьём три дня, а на четвёртый решаем последний раз похмелиться и на этом завязать. Денег уже нет, поэтому идём в ближайшее кафе «Анюта». Хозяин кафе - большой любитель фантастики. Однажды в местной газете он прочёл мой рассказ «Бег петуха», проникся, и открыл мне кредит.
В кафе мы выпиваем по сто коньяка, закусываем лимоном и выходим на крыльцо покурить. Рожи у нас, надо признаться, те ещё. Мимо идёт пожилая начальница почты, назовём её Надежда Дмитриевна. Видит нас, останавливается, смотрит.
- Здравствуйте, Надежда Дмитриевна, - говорю я.
- Как вам не стыдно, Алексей Анатольевич, - отвечает Надежда Дмитриевна. – Вы же лицо нации! И стоите тут в таком непотребном виде…
Осуждающе качает головой, уходит.
Я машинально провожу ладонью по небритому подбородку. Н-да…
- Погоди... - произносит Генка Жуков с некоторой обидой и растерянностью. – Это я лицо нации!
Но Надежда Дмитриевна уже далеко и не слышит.
- Пошли, Гена, - кладу я другу руку на плечо.
Мы возвращаемся в кафе и заказываем ещё по пятьдесят коньяка. Два помятых лица нации бывшей великой страны.Лицо нации

Новая книга!

На сайте Эксмо появилась моя новая книга, хотя фактически она ещё не вышла. Но уже можно сделать предзаказ, почитать аннотацию, начало и запомнить обложку, дабы не ошибиться в магазине, когда книга выйдет (после Нового года)
https://eksmo.ru/book/vse-nebesa-zemli-ITD1047372/

Стрельба по солдатикам

Мой домСолдатиков мы лепили из пластилина. Это были весьма условные солдаты не менее условной вражеской армии. В условной форме, с условными автоматами и винтовками в руках. Они были даже без касок. Да что там каски, у них вообще не было никаких головных уборов на условных головах!
А зачем, если вскоре они будут расстреляны, и от них останутся только изуродованные пулями куски пластилиновых тел? Время зря тратить.
Пули, в отличие от солдатиков, были настоящие.
Свинцовые пули калибром 5,6 мм, посланные из пятизарядной винтовки ТОЗ-17. Сколько себя помню, она всегда хранилась в доме, и я знал, где лежат патроны.
Патроны отец никогда не считал. Зачем? Если истрачу, значит, так надо. Благо, с оружием мы, дети советских офицеров умели обращаться с ранних лет.
Поэтому иногда я позволял себе развлечься. Дело было в Кушке, самой южной точке СССР, где мы жили в большой четырёхкомнатной квартире двухэтажного кирпичного дома. Одна их комнат – узкая и длинная – была моей.
Мы с друзьями лепили солдатиков, ставили их к деревянному плинтусу, отходили в другой конец комнаты и открывали огонь с колена. Без фанатизма, по паре выстрелов на брата. Потом считали убитых, тщательно проветривали комнату от запаха сгоревшего пороха, чистили винтовку и замазывали дыры в плинтусе всё тем же пластилином, стараясь точно попасть в цвет крашеного дерева.
Я прожил в этой комнате четыре с половиной года. Когда, после десятого класса, уезжал из Кушки поступать в институт, часть плинтуса шириной сантиметров сорок была полностью вылеплена из пластилина. Да так умело, что отличить её от деревянной части было очень трудно. Разве что на ощупь, но кто и зачем станет щупать плинтус? Не знаю, к чему я рассказал эту историю. В ней нет ничего особенного. Но, если вам когда-нибудь доведётся стрелять по пластилиновым солдатикам, поставив их к деревянному плинтусу, вы будете знать, что делать потом.
На снимке: наш дом в Кушке.